«Дорога на Грюнвальд?»
Начну с цитаты пресс-релиза выставки: «Выстава «Шлях на Грунвальд» - гэта спроба рэстаўраваць тыя далёкія і вялікія падзеі праз фантазіі фотамастакоў».
Прочитав это, лично я хотела увидеть событие, сплоченность разных народов, гордость и радость. Но выставка на то и художественная, чтобы если не оправдать ожидания, то открыть что-то новое – образы, впечатления, эмоции. Галерея Институт Культуры задает планку и определенный уровень выставки: сходить нужно обязательно, и ожидаешь увидеть действительно качественную работу и в данном случае хорошую фотографию.
И вот долгожданный зал, волшебная прохлада, мозг немного остывает после уличной жары… Постепенно остывают и ожидания. Но не сразу. Начинается экспозиция с фотографий Артура Гапановича, если начинать движение с левой стороны. Совершенно целостная серия, говорящая на своем визуальном и эстетическом языке: контрасты, черный-белый-синий, образы грозных рыцарей, наводящие страх и даже в каком-то смысле трепет. Но мне не хватило возможности погрузиться в эти образы и в это настроение, не хватило размера фотографий, может быть другого всецело захватывающего фактора. Но то, что было представлено, было целостно.
В отличие от фотографий Виталия Раковича, раскиданных по всем залам, сделанных от случая к случаю, абсолютно настроенчески. Каждый образ воспринимался сам по себе, единично и словно вырвано, как если бы Ракович показывал свое портфолио за много лет в ключе «The Best». Удивило не столько даже оформление и разная стилистика, в них в какой-то степени проявляется образ и специфический авторский язык, которым Ракович успешно апеллирует уже много лет. Удивило другое, его роль как куратора по отношению к собственным работам, то, что он не смог (или не захотел) сделать из них единую серию, единый поглощающий образ Грюнвальдской битвы. Фотографии перемешаны с сериями других авторов по всей галерее, одни подписаны на русском, другие на английском (это факт меня крайне смутил). И, по сути, образы все одинаковые, повторяющиеся и однотипные.
«Спроба рэстаўраваць тыя далёкія і вялікія падзеі…»
Тут я, пожалуй, остановлюсь подробнее. Художественная фотография, авторский взгляд, состоявшиеся авторы, значимое историческое событие, продолжение исторического проекта ФотоАртСтудии «У Бирилки». Послужной список и методичность исполнения проекта, идея - все внушает уважение, хочется пожать руки авторам за проект и его реализацию.
Но руки я не пожала. Мне оказалось мало того, что они показали на выставке, посвященной Грюнвальду. Образы, открытые и показанные Артуром Гапановичем в начале экспозиции повторились у каждого. В своем стиле и на своем языке, но у каждого. Приятным исключением, только подтвердившим правило, стала серия работ Светланы Кандыбович. Лиричная, абсолютно женская история танца, песни и романтичных отношений мужчины и женщины. Приятные цвета и разительное отличие от фотографий других участников выставки, как в интерпретации не столько военного события, сколько осознания средневековья, так и в способе демонстрации современному зрителю давно ушедшей эпохи. Здесь органично взаимодействуют взгляд современного, сегодняшнего автора, и образ средневековья. Возможно, немного натянутый, так как об этом времени мы можем судить только по документам и сохранившимся изображениям. Меня впечатлила именно интерпретация и авторская подача материала.
В целом же от выставки остается устойчивое ощущение, что посмотрел всего пару фотографий. Объясню почему. Крупные планы сражающихся или отдыхающих рыцарей, доспехи опять же крупным планом, мечи, крики, горящие глаза и романтично-воинственные портреты, идем по кругу, доспехи, мечи, глаза… И тут хочется вспомнить открытие и раздосадованную речь председателя Общественной организации празднования 600-летия Грюнвальдской битвы (к сожалению, не запомнила его имя, может кто меня поправит). Он говорил о том, что не хватает величины, масштаба события, что помимо рыцарей хочется, как минимум, видеть, к какой хоругви они принадлежали. Разделю эту, по всей видимости, накипевшую критику – такая же самая проблема однобокого показа Грюнвальдской битвы встала и на другой выставке, открывшейся недавно в Заславле.
В Минске и по всей Беларуси существует множество рыцарских клубов, постоянно проводящих турниры, тренировки, реконструкции важнейших исторических событий. Но Грюнвальд - особенное, великое событие, поэтому ему и отдано столько внимания и сил. Но что в фотографиях выставки отличало его? Что давало понять, что эти рыцари реконструируют события 1410 года? Только название. Даже фотографии исторических мест лишь косвенно относятся к событию. Они лишь очерчивают историческое пространство, напоминают об истории Великого Княжества. Но такую же роль они могли бы выполнять на выставке, посвященной любой другой битве.
И теперь у меня закрадываются сомнения, а относятся ли представленные фотографии непосредственно к Грюнвальду? Снимались ли они на реконструкции данного события? Или может это портреты, сделанные за годы работы и собранные воедино в честь памятной даты? Не хочу обвинить авторов и куратора выставки Виталия Раковича в компиляции или чем-то подобном. Здесь проявляется кураторский подход к раскрытию темы и возможности ее демонстрации. Но в пресс-релизе и, скорее всего, в головах у фотографов была идея показать событие. Но получилось очень локально – портреты рыцарей. В таком ключе, в небольшом пространстве и с половиной представленных работ, (а может и меньше) и с немного измененной концепцией, получилась бы более репрезентативная и целостная выставка. Дело же не в документальности представленных серий, авторы заявили о реконструкции события, а показали только скромный его эпизод. В итоге, получилось обрывочное и очень точечное отображение масштабного действия.
«…фантазіі фотамастакоў»
Тезис «автор так видит» уже никого не впечатляет и не охлаждает пыл критика. Автор может видеть как угодно, главное, как это воспримет зритель. Если автор делает свои работы публичными, выставляет их в галерее, приглашает на открытие, то он делает это не для себя, а для зрителя. И зрителю абсолютно все равно, как видит автор, до тех пор, пока сам зритель не увидит авторской мысли. Вот тогда он начинает проникать в материю представленного образа, ему становится интересно, как и почему именно так думал и видел художник.
Приведу простой пример – серия Светланы Кандыбович, уже упомянутая здесь. Я увидела целостный образ, он заинтересовал меня, стал мне близок в какой-то мере, затронул мысли и чувства. И уже потом, я стала думать об авторе, сотворившей этот историческое мгновение в фотографии. Глядя на пятидесятый портрет рыцаря, я думала, когда же увижу что-то другое, хотя бы рыцаря в полный рост. Но каждая последующая работа не открывала ничего нового.
Автор умер, об этом писал еще Р.Барт. Зритель диктует правила игры в искусство, и поэтому как «автор видит» сегодня никого не интересует. Об этом хочется еще раз напомнить нашим уважаемым фотографам и вновь открывшимся кураторам.
Реконструируемое событие - это не только художественные образы и отретушированные донельзя фотографии. Это документальность, исторические факты и акцент на событии, хотя бы минимальный. Я не увидела на этой выставке Грюнвальда, я не увидела события и его огромного юбилея. Я увидела, как один автор немного иначе, по сравнению с другим, снимает портреты рыцарей, исторические памятники и иногда прекрасных дам. Выставка получилась универсальной. Ее можно назвать под стать какого-нибудь рыцарского клуба и показать при реконструкции очередного исторического события. Грюнвальд остался только на бумаге и в головах фотографов.
Напоследок хочется еще раз пожелать участникам выставки думать о зрителе и забыть словосочетание «автор так видит». Видит теперь зритель, и если он что-то не понял, не спешите его винить в невежестве и непонимании. Возможно, это именно ваша ошибка.
Таня Федоренко
